Прогулки по городской площади (продолжение)
Страница 37. Городская площадь в 1950-е годы.
Александр и Юлия Рукосуевы (Кожухова): На странице №36 моих мемуаров я остановился на том, что вышел вместе с Вами из промтоварного магазина на его террасу и стал смотреть на базар. А отсюда, сверху, его очень хорошо было видно.
На базаре продавалось всё, чем были богаты тогда местные жители – от рыбы, пойманной на удочку с поплавком (свежей, сушеной, вяленой и всякой другой, способы приготовления которой для меня и сейчас великая тайна), до всего, что росло на огородах, бахчах, в садах и балках на горах, а также старую одежду, вязаные носки, платки, варежки, круглые коврики из тряпок, самодельные лукошки, вёдра, зембели из чакана, мотки трофейной проволоки и много чего еще, бумаги не хватит описать все это. Кстати, проволоку, о которой я упомянул, очень ценили – из неё калачевцы делали бесплатные гвозди, чтобы строить себе дома. Происходило это так. В земле выкапывали небольшую яму, глубиной чуть больше, чем высота колена, и небольшую выемку для своей задней части. В эту выемку садился кто-нибудь из мужской половины семьи, обычно это был пожилой человек – у них терпения больше, а работа предстояла нудная. Ноги он опускал в яму, поперек колеи помещал обрезок толстой доски, упиравшийся обоими концами в края ямы, так что на колени он не давил. На эту доску ему ставили кусок рельса, и уж на нем местный умелец и рубил проволоку зубилом на куски нужной длины, кидая их в старый таз, стоящий рядом. Шляпок у этого чуда инженерной мысли того времени не было – после того, как «гвоздь» забивали в доску, его верхнюю часть просто загибали молотком. У нас в кунсткамере хранятся, среди прочего, несколько таких гвоздей, любезно подаренных нам хозяевами сломанного ими недавно дома, построенного как раз в 1952 году. А вот еще одно из ярких детских впечатлений тех лет. В углу базара, как раз там, где начинается переулок Донской, покидая улицу Революционную (которой раньше в этом месте не было), а вместе с ней и современную Площадь Павших борцов, стоял высокий круглый деревянный киоск, в котором продавали мороженое, и это было единственное тогда место в Калаче, где его можно было купить. Привозили мороженое в киоск в первой половине дня, очередь за ним была неимоверная, вместе с детьми в ней стояли и взрослые. Эти больше покупали мороженое для детей, оставшихся дома, укладывали его в стеклянную банку и заворачивали мокрой тряпкой, чтобы не успело растаять. Привозили мороженое в металлических бидонах с двойными стенками, между которыми был сухой лед. Бидоны доверху были наполнены мороженым. Вместе с бидонами привозили и вафельные стаканчики, в которые продавщица накладывала это мороженое небольшим черпаком, после чего ставила стаканчик на весы, и уж потом подавала его в окошечко покупателям. А стаканчики, помню, привозили вставленными один в другой, так что выглядело это как высокая качающаяся башня. Все время, сколько я помню, мороженое продавала одна и та же продавщица – черноволосая кореянка. Помню, как она громко объявляла из своего окошка: «Очередь больше не занимайте, мороженое кончается!» Это всегда было как гром среди ясного неба, для многих детей в конце очереди день считался потерянным, что уж тут поделаешь! Такой же точно киоск стоял около Калачевской средней школы №1, на углу улицы Октябрьской и современной (тогда еще не существовавшей) улицы имени Пархоменко, как раз там, где сейчас находится кафе «Сказка». Дальше этого киоска в те времена уже ничего не было – одна степь, даже ковыль рос. В этом киоске продавали газеты, журналы и книги. Именно в нем я купил тогда книжку в дешевом бумажном переплете – но в ней была напечатана повесть Алексея Толстого «Аэлита»! Она до сих пор в нашей домашней библиотеке. Однако вернемся к базару. Если смотреть с террасы магазина, на которой мы сейчас стоим (пусть и виртуально), то слева он упирался в небольшие магазинчики, ларьки и будочки, преимущественно торгового назначения. Сейчас на этом месте стоят магазин «Магнит» и Калачевская типография.
Комментарии:
Нина Давыдова (Спесивцева): Киоск по продаже мороженого стоял и рядом с кинотеатром «Волго-Дон» около забора горпарка.
Лариса Исакова (Макарова): И окрашен был в голубой цвет.
Галина Федорова (Афанасьева): Я приехала в 1973 году, многое застала. Тот Калач был лучше и теперь роднее.
Страница 49. Вид городской площади со ступеней магазина «Продукты». Фотография 1951 года.
Александр и Юлия Рукосуевы (Кожухова): На странице 36 я остановился на том, что вместе с Вами вышел из магазина на его террасу. Постояв там немного и оставив Вас любоваться базаром, я сошел вниз и пошел вокруг магазина. На его боковой стене, обращенной к городскому парку, не было ничего, кроме двери, ведущей в небольшое помещение под магазином, отгороженное от основного подвала кирпичными оштукатуренными стенами. Там находился небольшой прилавок, стояло несколько столиков и стульев. Окон не было, горела электрическая лампочка в плафоне. За прилавком всегда стояла большая бочка, которую по мере необходимости меняли с помощью покупателей, мужчин в основном. Почему мужчин, Вы поймете, прочитав вывеску над входом – «Пиво». Это пиво накачивали из той самой бочки, стоящей на дне, с помощью ручного насоса, который надо было качать изогнутым рычагом. Тогда пиво лилось в подставленные под боковую трубку большие кружки из толстого стекла, из них пили пиво тут же, за столиками, или через воронку в жестяные бидоны, если покупатели хотели унесли его с собой. В помещение спускались по кирпичным ступеням, начинавшимися сразу за дверью, пол был каменный, потолок деревянный. Всегда стоял душный, спертый воздух. Поэтому, открыв дверь, которая, впрочем, летом всегда была настежь, я её тут же закрыл, и пошел вокруг магазина дальше. Свернув за угол, я увидел широкие деревянные ступени, ведущие в другой большой магазин, расположенный в этом же здании, со стороны городской площади. Над входом висела большая вывеска: «Продукты». Помещение практически полностью повторяло планировку магазина, находящегося с другой стороны здания, в котором мы только что побывали. Такие же точно прилавки по периметру трёх стен, такие же два больших окна справа и слева от входной двери, только полок до потолка за прилавками не было. Про ассортимент продаваемых товаров говорить не буду, скажу только, что с голоду в ту пору никто в Калаче-на-Дону не умирал. За одним из прилавков, справа, стояло несколько бочек с пивом, но только его здесь не пили, а покупали домой. Из других бочек, в соседнем отделе, продавали подсолнечное масло. И пиво, и масло накачивали из бочек в бидоны и банки покупателей такими же насосами, как и внизу, в подвале. Кстати, именно этим маслом почему-то всегда сильно пахло в магазине. Тут же, за прилавками, стояли на полу огромные рулоны обёрточной бумаги, от них отматывали и отрезали нужное количество листов для упаковки продаваемых товаров. Все сыпучие продукты продавали в кульках, которые продавцы тут же виртуозно сворачивали. Сливочное масло, маргарин, сыр и т.д. заворачивали в листы вощеной бумаги розового или синего цвета. Молоко было во флягах, его наливали оттуда черпаком с длинной ручкой в бидоны, бутылки и другую посуду, принесенную покупателями, и ставили после этого на весы. Сахар продавался в основном большими кусками, часто эти куски были в виде конусов определенного веса, их называли «головы». Дома эти куски разбивали на более мелкие, так их и подавали на стол в сахарнице, а перед чаепитием кто-нибудь из взрослых опять разбивал их уже на такие, какие можно было положить в чашку с чаем. Делали это так: кусок сахара брали в левую руку, а правой тыльной стороной ножа несколько раз ударяли по нему. Получалось замечательно. Некая чайная церемония. А для тех, кому хотелось совсем уж маленьких кусочков, существовали так называемые «сахарные щипчики». Они всегда лежали на столе. Чай пили в те времена преимущественно из блюдечек. Никогда никуда не спешили, но, как ни странно, всегда и везде успевали. На этом я закончу, но продолжение, конечно же, следует.
Комментарии:
Александра Сидоренко (Гребенщикова): У меня до сих пор есть эти щипчики и сахар помню голубого цвета почему-то.
Юрий Парамонов: Кроме подсолнечного масла было еще отличное, душистое, с неповторимым вкусом горчичное масло. Это масло можно было налить в блюдечко и, макая хлеб, есть получая удовольствие. Продавалось в бутылках. Не помню, было ли на разлив. Нынешнее горчичное масло, продаваемое в супермаркетах, в подметки ему не годится…















