Опубликовано: 29.10.25, 16:33
Кристина Щербина
Фото из архива семьи Г.
Виталий Г. пробовал себя и в сельском хозяйстве, и в строительстве. Только всё не то. Посоветовавшись с женой Дарьей, в 2009 году подписал контракт на военную службу. Отслужив год, понял: нашел именно то, что давно искал. Знаете, это именно тот случай, когда профессия выбирает человека, а не наоборот. Следующий контракт он подписал сразу на 10 лет.
Середина февраля 2022-го выдалась серой и слякотной – в общем, типичной для наших мест. Виталий собирался на очередные учения. Служба есть служба. Семья уже привыкла к регулярным командировкам отца, но Дарья впервые за долгие годы расплакалась у него на плече. Недоуменно взглянув на жену, Виталий пошутил, мол, не на войну же провожаешь.
Отправился он сперва в Ростовскую область на Кузьминский полигон. С утра 23 февраля начальник группы поздравил всех с Днем защитника Отечества, а вечером поступила команда ехать на три дня на выполнение боевой задачи. В итоге эти три дня затянулись на полгода, а праздник для Виталия стал не просто профессиональным, а отражающим самую суть его призвания: защищать границы и интересы Родины.
Мудрое женское сердце не обмануло. Дурное предчувствие сбылось. Началась специальная военная операция. Впрочем, для Виталия это не первый военный опыт. Во время срочной службы он участвовал во Второй чеченской кампании.
Жизнь разделилась на «до» и «после»
С Виталием и Дарьей мы должны были встретиться в стенах редакции. Мне повезло, ведь глава семьи как раз находился в отпуске. Из-за суматошной корреспондентской работы встречу перенесли в районную библиотеку, где готовилась книжная выставка, посвященная Великой Отечественной войне.
Пара устроилась на стульях среди книг Шолохова «Они сражались за Родину» и Полевого «Повесть о настоящем человеке». Виталий на вид самый обычный. Если описывать его внешность, то не найдешь ничего, бросающегося в глаза. Кроме, пожалуй, удивительного спокойствия и уверенности, которые излучает этот человек. С Дарьей они в браке больше 20-ти лет. Родом оба из Береславки. Познакомились на проводах его брата в армию. Затем поженились и обвенчались. В прошлом году супруги отметили фарфоровую свадьбу. Растят трех дочерей, мама много времени уделяет детям: помогает с уроками, возит на дополнительные занятия, секции и кружки. Старшие посещали театральное отделение Береславской детской школы искусств.
Когда папа отправился на СВО, у дочек впереди маячили 1, 9 и 11 классы. Ответственный момент для всей семьи. Но Дарья не могла ни о чем другом думать, кроме как о супруге: только бы он остался в живых. Младшей на тот момент было всего 6 лет. Видя терзания и бессонные ночи матери, девочка не отходила от нее.
До СВО Дарья увлекалась кулинарией: пекла на заказ тортики. Однако с началом спецоперации творческое занятие пришлось оставить. Невозможно было ни на чем сконцентрироваться. Она сутками не выпускала телефон из рук, боясь пропустить важный звонок.
— Жизнь разделилась на «до» и «после», — Дарья рассказывает о накипевшем. — Когда появился страх потерять близких, многие вещи, которые раньше казались важными, теперь бессмысленны. По сравнению с моральными ценностями материальные вообще ничего не значат. Если он не вернулся бы, то к чему все это? Раньше, бывало, ругались по каким-то мелочам, а сейчас понимаем, что кроме нас и наших детей больше нет никого роднее, что нужно ценить и беречь друг друга.
Глядя на Дарью, заметила ее беспокойный взгляд – взгляд терзаемой переживаниями жены. Виталий побывал в двух командировках в зоне СВО. Ее родной брат тоже сейчас отдает долг Родине.
Первые полгода пришлось особенно тяжело, потому что связи толком не было. Виталий не звонил по три-четыре дня, а то и две недели. Времени достаточно, чтобы выстроить в своей голове башню из тревожных мыслей. А когда долгожданный звонок все же поступал, разговор был очень короткий. Дарья не успевала ничего сказать, только слышала от любимого: «Живой-здоровый, всё хорошо». На этом всё. Конечно, информацию женам предоставляло командование части. С ними работал психолог. Была организована полевая почта. Женщины могли передавать посылки на фронт. Но всё равно этого было мало: неопределенность пугала больше всего.
Вторая командировка прошла проще, отмечает Виталий, потому что и связь была, и задачи понятны. По должности он заместитель командира взвода, а там, за «ленточкой», из-за нехватки водителей и наличия у него категория «С», был водителем на бронированном «Камазе». Сопровождал экипаж тяжёлой огнеметной системы «Солнцепёк», которая работала по позициям врага.
Фронтовые дороги научили его относиться к людям по-другому, больше ценить жизнь. Ранее служба воспринималась как работа: отработал, ушел домой; сходил в наряд, вернулся. Всё размеренно и предсказуемо. Не мят не клят, так сказать. Но там иначе. Там находишься в постоянном напряжении. То есть можешь сейчас никуда не ехать, а через 2 минуты позвонят, и надо выезжать. Всегда надо быть в готовности — неважно, день это или ночь.
По служебной необходимости Виталий исколесил десятки тысяч километров: Ростов, Таганрог, ЛНР, ДНР, Запорожская область, Мелитополь… Везде покатался, везде жизнь посмотрел.
Особенно по-теплому относятся к российским военнослужащим в Донецкой Народной Республике. Местные жители готовы помочь делом, советом, могут последнее отдать, потому что там трагедия пришла в каждый дом. Там люди знают, каково это – бояться взрывов, прятаться в бомбоубежищах, обзванивать родственников и знакомых в надежде, что беда обошла их стороной.
Это не Чечня, это Сталинград
Говоря о спецоперации, Виталий вспоминает киноленты о Великой Отечественной войне, в которых показаны батальные сцены, где поле боя настолько велико, что можно укрыться от атаки, можно проползти под обстрелом. Но в современных условиях, особенно в городских, от артиллерии может спасти только чудо. Если будет прилёт, от него нигде не скроешься. Тут либо повезет, либо ранение или хуже. Несмотря на работу ПВО и прочее, прилететь может в любое место.
— На самом деле смерть и разруха рядом, — рассказывает о подробностях службы боец. — К примеру, едешь по Донецку — город живой, такой здоровенный, красивый. Его улицы украшают блестящие вывески. На перекрестке светофор мигает. Проезжаешь его, оборачиваешься назад — светится, а впереди – тьма. Даже удивительно, как близко. Или Мариуполь. Он мне хорошо запомнился. Словно Сталинград, там днём и ночью пылало. Едешь по Мариуполю, вдоль дорог растут зеленые насаждения, а в них кладбища. Много мирных жителей пострадало. Людям не давали как положено хоронить родственников. Им приходилось закапывать тела в этих зеленых островках. Сделать эксгумацию и перезахоронить можно было только после освобождения от врага «Азовстали».
Дарье каждый раз становится страшно не только за жизнь мальчишек, но и за то, с каким спокойствием они рассказывают истории, от которых кровь стынет в жилах. Страшно, что привыкли к подобному.
Собственно, так же привыкло и мирное население. Может работать артиллерия, а местные ходят, не обращая внимания и не пригибаясь.
Пока он был в командировке, Дарья посмотрела фильм «Солнцепёк» и, когда муж вышел на связь, спросила, действительно ли всё так, как в фильме, или просто наигранно. Он тогда сказал в ответ только одну фразу: «Это не Чечня».
Любая война страшна по-своему. Но именно на спецоперации, уверен Виталий, не знаешь, что ожидать. Технологический прогресс не стоит на месте. Взять хотя бы дроны-камикадзе. Никто не думал, что прилетит в Калач, в Мариновку, что подвергнется атакам Волгоград. Такая же обстановка на СВО.
В зоне боевых действий живут такие же люди, как мы. В Донецке наших парней встречали с распростёртыми объятиями, чего не скажешь о жителях Мариуполя, на долю которых выпало видеть ожесточенные схватки. Наши бойцы это понимают и чем могут помогают местным, особенно пожилым. Виталий рассказывает, что «за ленточкой» они никогда не голодали и, если была возможность, свой сухпай отдавали нуждающимся.
— Многое зависит от слоёв общества, — продолжает Виталий. — У нас же как? Кто-то углём топит, а кто-то — электричеством или газом, кто-то ест хлебушек, а кто-то — икру без хлеба и так далее. Под Мариуполем мы зашли в деревню. На нее просто без слез не взглянешь. Мне казалось, как СССР распался, и всё, жизнь там остановилась. Мы жили в разбитом доме, вернее, обедали в нем. Хозяев, естественно, нет. Вот смотришь: старые фотографии висят на стенах, кругом старая мебель. Атмосфера словно погружает в прошлое. В России так же: кто-то хорошо живет, кто-то не очень. В любом случае, самое главное – это здоровье и семейное благополучие. Мы часто говорим: на всё воля Божья и решение командира.
Боец признается, что пошел на СВО не из-за денег, а по велению души, по зову сердца. Он удостоен двух государственных наград: за заслуги в исполнении воинского долга, обеспечении безопасности государства и укреплении его обороноспособности отмечен Грамотой Верховного Главнокомандующего ВС РФ; а также за доблестную службу ему была вручена медаль Суворова.
Для справки
Волгоградская область продолжает системную работу по всесторонней поддержке военнослужащих, задействованных в специальной военной операции. Помощь оказывается как непосредственно в зоне боевых действий, так и на территории региона, где формируется масштабная инфраструктура для реабилитации и социального сопровождения.
Регион активно снабжает воинские подразделения необходимой техникой и оборудованием. За счет средств областного Фонда поддержки военнослужащих и добровольцев СВО приобретается и передается в зону проведения операции современное оснащение. В частности, военнослужащие получают квадроциклы, мотоциклы и генераторы, что позволяет повысить мобильность и эффективность выполнения боевых задач. Эта работа ведется в тесном взаимодействии с командирами частей Волгоградского гарнизона для максимального соответствия запросам подразделений.
Особое внимание уделяется созданию в регионе современной системы медицинской реабилитации. Как сообщил губернатор Андрей Бочаров, в области утверждена и действует трехуровневая система оказания помощи, включающая: 5 опорных региональных центров медицинской реабилитации; 19 профильных и 12 отделений ранней медицинской реабилитации; 3 новых реабилитационных отделения в строящихся поликлиниках Волгограда и Камышина.
Знаковым событием стало получение положительного заключения госэкспертизы для проекта многопрофильного центра поддержки участников СВО. Этот уникальный объект будет предназначен для комплексной реабилитации ветеранов боевых действий и поддержки семей, воспитывающих детей с ограниченными возможностями здоровья. В настоящее время начинается подготовка к строительству центра, параллельно продолжаются проектные работы еще по трем объектам системы медико-социальной реабилитации.
Отдельное внимание уделяется модернизации и дооснащению областного госпиталя ветеранов войн, что позволит обеспечить качественную медицинскую помощь тем, кто защищал интересы страны в разные периоды истории.
Таким образом, в Волгоградской области выстраивается многоуровневая система поддержки, сочетающая оперативное реагирование на запросы с фронта с созданием долгосрочной инфраструктуры для реабилитации и социальной адаптации защитников Отечества и их семей.
