45-летию памятного рейса посвящается

Сегодня в рубрике «Литературный Калач» рассказ Александра Харченко «Прерванный рейс».

Неумолимое время тихо стирает из памяти события и образы, обстоятельства и обстановку, дух прошедшего времени. Остановить мгновение, передать его следующему поколению возможно зачастую только с помощью нашей памяти. Тот памятный рейс ничем не выделялся среди других. Тем же хоженым перехоженным маршрутом, Усть- Донецк-Горький, с тем же угольком. Сколько таких рейсов уже было сделано за эти годы, не счесть. И эта ночь среди безбрежного водохранилища, была божественно красива и  на удивление тиха. Помогая судоводителю, вслед за теплоходом плыла полная луна, освещая фарватер своим серебристо-бледным светом. Да только капитан и без нее свой маршрут на зубок знал (а это тысячи километров) и от своих командиров того же требовал ревниво. Что это за судоводитель, который глаз с карты не «вынимает»! Да и на быстрой реке  не очень-то в лоцию насмотришься.

Вот и яркие огни Казани показались вдалеке на горизонте. Нужно выйти на связь с диспетчерской службой, доложить о времени прохождении теплохода. И вдруг — как снег на голову:

— Судну  срочно становится на рейд, меняться составами со встречным теплоходом и возвращаться назад в порт приписки!

Ох,  как не хотелось свои ухоженные  баржи отдавать другому судну, а взамен  получать «грязного кота в мешке». Но распоряжение, поступившее от старшего диспетчера, что приказ, нужно выполнять (и откуда такая честь взялась?). Развернулись с чужим составом и побрели, изгнанные, назад в полном  неведении о причинах такого непонятного решения.

Подошли к Куйбышеву и остановились на дозаправку топливом и продуктами. Разгар навигации, кругом судов полным- полно, очереди — не протолкнуться. К борту  нежданно- негаданно подвалили нежеланные «судоходчики». Ох, не любил их капитан, хотя на судне всегда был полный порядок.  Только на этот раз все было по- иному. Учтиво спросили – какие проблемы? И по особому распоряжению невидимого высокого начальства без всякой очереди быстро обслужили и погнали быстрее домой.

Пришли в родной затон, но и в заводе ситуация не прояснилась. Срочно приготовить судно по первому разряду к спецрейсу! Вопрос находится на особом контроле у министра – вот и вся информация.
И началось! Налетели различные береговые службы  на внеплановую профилактику теплохода. Капитан ни в чем не получал отказа от снабженцев. Вплоть до импортного цветного телевизора, первого во всем  пароходстве.
Команда теплохода «халявной» внеплановой краской принялась красить теплоход сверху донизу. Никакого совмещения не допускалось – капитану добавили опытного механика, чтобы капитан все время находился в рубке. Второй отдел тоже не дремал, всю команду проверили на лояльность – где родился, где крестился, на ком женился.

Через несколько ударных дней, посвежевший и до блеска отдраенный теплоход вышел в свой неведомый спецрейс. И вот летом 1974 года они встретились: теплоход и таинственная спецбаржа, ради которой судну уже две недели не давали покоя. И везла эта «колыбель» не что-нибудь, а параболическое зеркало — телескоп.

Поверьте, мать годовалого младенца не укутывала так, как  было упаковано это чудо творения рук человеческих. Хитроумные  подвески да амортизаторы предохраняли его от малейшего качения и ударов. И было что охранять да оберегать! Все на свете имеет свою цену, но эта вещица была поистине бесценной…

Полную версию читайте в одном из ближайших выпусков «Борьбы»

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Return to Top ▲Return to Top ▲
%d такие блоггеры, как: