БЕСЕДЫ О ВАЖНОМ

Надо правильно понимать слова молитвы. Отец Димитрий продолжает отвечать на вопросы верующих.

Вопросы задает Роман Белоусов

– На Всенощном бдении, на полиелее, после того, как священник помажет кисточкой лоб, ему целуют руку. А в некоторых храмах это не принято. Когда положено целовать руку священнику?

– Есть церковный устав и определённые правила, которые всё это регламентируют. Но бывает, что по разным причинам священники не дают целовать руку, а возлагают её на голову или благословляют как-то иначе. От этого случаются некоторые несоответствия – человек, скажем, привык к определённому исполнению обряда, потом приходит в другой храм, а там по-другому, и он этим смущается. Потому, конечно, следует соблюдать определённую унификацию в обрядах.

Но в наше время некоторые недоумевают – а почему, собственно, вообще надо целовать руку священнику? И смысл этого действа надо разъяснять. У нашего поколения все ассоциации с целованием руки связаны с тем, что по обычаям прошлых веков принято было целовать ручки барышням. И человек задаётся вопросом – если я женщинам то руки не целую, то зачем я буду делать это священнику?

Дело в том, что целование руки связано с ещё одной традицией, которая у нас, в русском народе, была утеряна. И целовали руки не только и не столько прекрасным дамам, сколько родному отцу и матери. Раньше такой обычай был очень распространён. Отец благословлял сына, тот целовал ему руку в знак уважения и признательности – это было повседневной нормой поведения. Также поцеловать ручку маме было в порядке вещей, естественной нормой этикета тех времён. Причём это касалось всех слоёв русского общества – своим родителям целовали руку и крестьяне, и аристократы, и сам государь император.

В этом же контексте верующий человек и целует руку священнику. Как своему духовному отцу, который «родил» его от воды и Духа, причащает его и отпускает грехи на исповеди. Конечно, есть ещё много символических, аллегорических толкований, например, что мы целуем руку священнику как самому Христу, что не лишено смысла, так как священник во многих местах богослужения является образом, иконой Христа. Кстати, именно поэтому в православной церкви не может быть женского священства. Вовсе не потому, что это некая дискриминация по половому признаку. Просто женщина не может являться образом Христа на литургии, евхаристии.

Если же даже эти соображения не позволяют человеку переступить через какие-то психологические ограничения и поцеловать руку батюшке, то пусть он этого не делает, я не думаю, что священник на это «обидится».

Если говорить конкретно о нашем Калачёвском соборе, могу сказать, что у нас во время полиелея, помазания елеем целовать руку священнику принято, такова традиция.

– Нужно ли поворачиваться лицом к дьякону или священнику, которые обходят храм во время каждения? Большинство поворачивается, некоторые упрямо стоят лицом к алтарю. Как лучше поступать?

– Поворачиваться надо, потому что священник или дьякон кадит человека. Он не просто кадит иконам, а делает это и иконам, и людям. В этом есть большой богословский смысл, заключающийся в том, что каждый человек – это тоже образ Божий. А когда человек стоит неподвижно, а священник кадит его со спины, это выглядит странно.

На каждение принято отвечать небольшим поклоном, наклоном головы. При этом совсем уж спиной к алтарю при этом лучше, конечно, не поворачиваться, достаточно будет стать вполоборота.

 – Как молиться во время богослужения? Повторять про себя Иисусову молитву? Слушать хор? Пытаться уследить за тем, что поет батюшка и повторять про себя?

– Лучше, конечно, участвовать умом и вниманием в словах молитвы, которую произносит священник и поёт хор. Иначе для чего всё это говорится? Молитва ведь исходит не только от лица священника и не от лица хора. Священник произносит молитву в качестве предстоятеля, а хор поёт её от лица всех присутствующих на богослужении. Поэтому желательно эти слова слушать, внимать им и повторять.

Но, отмечу, для этого надо, в первую очередь, их понимать. А это зачастую бывает не так уж просто, потому что многое здесь зависит от качества пения, и не меньше – от качества чтения, которое тоже иногда бывает, мягко говоря, не на самом высоком уровне. Бывает, кто-то читает слишком быстро, кто-то – очень тихо, а кто-то – с такими странными интонациями, что они просто отвлекают человека. Некоторые молодые чтецы пытаются подражать манере услышанного где-то чтеца или дьякона. Хотя на самом деле чтецу следует придерживаться лишь двух принципов – громкости и внятности чтения.

Но даже если человек правильно услышал слова молитвы, это вовсе не является гарантией того, что он всё правильно понял. Церковнославянский язык, с одной стороны, конечно, красив, но с другой – иногда является препятствием для понимания. Поэтому, как я считаю, в воскресной школе при каждом приходе должно обязательно уделяться внимание правильному переводу песнопений и богослужебных текстов на современный русский язык и смысловому разбору этих текстов.

Настоятель обязательно должен объяснять прихожанам, какой смысл имеют те или иные действия и фразы в богослужении. А иначе могут получиться смешные и нелепые казусы. Например, одна прихожанка, не расслышав, как звучит фраза из Псалтыри «от слуха зла не убоится», долгое время слышала в этом месте «пастух козла не убоится». А другая, неправильно расслышав «яко кадило пред Тобою», была свято уверена, что хор поёт «я крокодила пред тобой».

– Если большой церковный праздник, как, например, Сретение Господне, или Введение во храм Пресвятой Богородицы, или Успение приходится на воскресенье, то на литургии даже не сразу поймешь, что сегодня особый день – все поется как обычно. Почему, разве двунадесятый праздник менее важен, чем рядовое воскресенье?

– Во-первых, двунадесятые праздники бывают разные – богородичные и господские. Если на воскресенье выпадает богородичный двунадесятый праздник (кстати, Сретение тоже относится к богородичным, несмотря на то, что в его названии присутствует слово «Господне»), то в литургии, действительно, остаётся достаточно много воскресных песнопений. Но если это праздник господский, например Рождество или Богоявление, то, наоборот, упраздняются все воскресные песнопения и поются только праздничные. Это объясняется тем, что для христианской веры Жертва и Воскресение Христа являются самыми важными составляющими как по своему смыслу, так и по влиянию на богословие.

– В Церкви существует правило, что если человек пропустил три воскресных Литургии, то его отлучают от Церкви. Сейчас этот канон соблюдается?

– Церковные каноны имеют двоякий смысл – с одной стороны дисциплинарный, с другой – онтологический. И если рассматривать этот вопрос онтологически, то выходит, что человек здесь наказывает сам себя, отрываясь от церковного общения и единства. А если он отлучает себя сам, то какого-то дополнительного отлучения ему уже не надо. Верующий человек должен осознавать, насколько это для него опасно.

В данном случае церковные каноны важны своим духом. А что касается их буквы – надо учесть, что правила эти формулировались и записывались в другую эпоху, в то время, когда они были очень актуальны. Сейчас же ситуация во многом значительно изменилась, и некоторые из канонов потеряли тот смысл и значение, которые они когда-то имели. И даже если бы мы захотели их применить в полном объёме, вряд ли это бы у нас получилось.

В первую очередь сказанное относится к канонам об отлучениях за грехи. Если их применять так, как сказано в первоисточниках, то в наших церквях вряд ли кто-нибудь сможет подойти к причастию, потому что большинство прихожан перейдут в разряд кающихся, припадающих или плачущих. (Так назывались разные степени покаяния. Все эти люди стояли во время службы в притворе храма, вместе с оглашенными, и вместе с ними же выходили после возгласа «оглашенные, изыдите»). Так что, если раньше за тяжкие грехи, такие, как убийство или аборт, могли отлучить от Церкви на десять или даже пятнадцать лет, то сейчас это не практикуется. Согласно последним правилам нового Архиерейского собора священник может отлучить от причастия не более, чем на год. Свыше – только архиерей.

Тем не менее, и священник, и приход должны понимать дух канона, то, что человек за совершённый грех сам, без всякого формализма, может навлечь на себя епитимию, которую налагает не священник и даже не архиерей, а сам Бог. И именно так следует воспринимать какие-то скорбные обстоятельства своей жизни.

– Сколько раз нужно исповедоваться Великим постом? Почему нужно причащаться в субботу первой седмицы, а не раньше, это просто традиция?

– Да, это традиция. Связанная с тем, что первые пять дней Великого поста по средам и пятницам вместо полной литургии служится литургия Преждеосвященных Даров. Хотя в некоторых храмах причащают и в первую пятницу Великого поста. В других же в пятницу принято говеть и молиться, а причащаться уже в субботу. Такая традиция бытует не только в приходах, но и в монастырях. Вполне возможно, что она имеет какое-то отражение и Типиконе.

Причащаться Великим постом следует, по меньшей мере, один раз. Если же человек может и желает причащаться каждое воскресенье – я считаю, священник не вправе этому препятствовать. Вообще, священник не должен быть «цербером», который сидит на страже святыни, чтобы никому её не давать. Господь не боится быть осквернённым, потому что Он в своё время пришёл в этот мир не для того, чтобы Ему поклонялись, а чтобы послужить людям. И тело и кровь свои Он дал человеку не для того, чтобы тот просто преклонялся, но чтобы человек приобщался к ним и соединялся через это с Богом. И если уж Господь, Творец, ставший творением, не боится давать своё тело для причастия, то почему должен бояться этого священник?

Другое дело, что надо смотреть на состояние самого человека, насколько тот готов к причастию. При этом я вовсе не имею в виду исполнение широко распространённых формальных требований, касающихся всех этих молитв и постов. Которые, с одной стороны, и несложно выполнить, но с другой стороны, они ведь в канонах и типиконах нигде не зафиксированы, и являются не больше, чем традицией. Конечно, если очень захотеть, можно «нарыть» какие-то основания, например, в трудах и высказываниях отцов XIX века, но глубоких корней у всего этого нет. На мой взгляд, здесь имеет место отрыв от богослужения и перенос акцента духовной жизни на личные молитвенные усилия. Но ведь и без них всё богослужение готовит нас к причастию. Разве не является такой подготовкой сама литургия?

Тенденция же нагружать человека особой подготовкой к причастию связана лишь с тем, что причащаться раньше, до революции, в Русской Православной Церкви принято было редко. Если ты причащаешься один раз в год, то это должно быть великим событием. Но сейчас всё обстоит совсем по-другому. И на последних архиерейских поместных соборах установлено правилом для нашей Церкви, что если человек постится по средам и пятницам и причащается регулярно, то ему не надо поститься три дня, а достаточно так называемого евхаристического поста, который заключается в том, что мы причащаемся натощак.

Читайте также:

Return to Top ▲Return to Top ▲