ШАГ К ЛЕГЕНДЕ
19 ноября 1942 года началось легендарное контрнаступление советских войск под Сталинградом. Под напором артиллерийского огня оборона противника была прорвана, и в образовавшуюся брешь стремительно вошли части 26-го танкового корпуса Юго-Западного фронта под командованием генерал-майора А.Г.Родина.
«Наши воинские части шли ночами, а днями отдыхали… чтобы враг не мог знать о надвигающемся ударе по фашистскому логову под Сталинградом», – вспоминает Николай Александрович Смирнов в письме от 23 ноября 1986 года, адресованном директору Калачевского краеведческого музея Н.А.Любавиной.
Старший лейтенант Н.А.Смирнов родился в Ярославле. Окончил Высшую школу МГБ СССР. Во время войны был оперуполномоченным отдела контрразведки «Смерш» 1-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады 1-го гвардейского Донского танкового корпуса.
О себе он мало что рассказывает. Пишет, что «моя миссия была особая: сделать часть боеспособной, чтобы не было среди личного состава каких-либо ЧП».
После пятичасовой артподготовки танкисты 26-го танкового корпуса, в состав которого входила 14-ая мотострелковая бригада (командир Г.Н.Филиппов), ринулись к городу Калачу, навстречу воинам Сталинградского фронта. Им пришлось проделать сложный и опасный путь.
На второй день контрнаступления части корпуса, в которых служил Смирнов, настигли противника. Внезапно немцы подняли белый флаг, означавший одно: они намерены вести диалог. Подполковник Филиппов отправил на переговоры бойца, который хорошо владел немецким языком и еще до войны работал школьным учителем, – комиссара батальона Горбань.Когда Горбань вернулся в распоряжение части, стало известно, что немцы предложили сложить оружие и сдаться. В свою очередь, комиссар не растерялся и поставил перед ними аналогичный ультиматум.
Далее Смирнов продолжает: «Немцы не могли знать, что у нас за спиной бронетанковый корпус, и, конечно, вскоре немцы были разбиты… Затем, следуя по пути к городу Калачу, нам сдалась вся 5-я румынская армия… Я видел, как солдаты и офицеры румынской армии бросали свое оружие и бежали на восток».
22 ноября 1942 года генерал Родин, собрав весь командный состав, заявил, что каждому при освобождении города будет присвоено звание гвардейца, а подполковнику Филиппову дал четкий приказ захватить мост через Дон.
В письме Н.А.Смирнова нет подробных сведений по захвату переправы, хотя этот шаг в битве за освобождение города сыграл кульминационную роль, а для современников и последующих поколений стал уроком мужества, стойкости и храбрости.
Передовой отряд танков и мотопехоты выступил по дороге Остров-Калач. В кромешной тьме было сложно разглядеть дорогу. Чтобы пройти к реке, фонарь включали только под плащ-палаткой и по карте пытались установить маршрут. Наконец, развив большую скорость, бронетехника проскочила линию обороны фашистов. Немцы впотьмах ошибочно приняли наши танки за свои. Нужно было найти короткий путь к мосту. По невероятной случайности советским солдатам повезло встретить в тылу врага местного жителя, ехавшего на гужевой повозке. Старик проводил отряд к Дону.
На рассвете показалась переправа. Времени оставалось все меньше и меньше. Каждая минута была на счету. Численное преимущество находилось на стороне немцев, поэтому атака могла закончиться провалом и потерей стратегически важного объекта. Георгий Николаевич Филиппов решил перекинуть часть силы на левый берег Дона и оттуда дать знать, как действовать дальше.
На бешеной скорости под беспрерывным обстрелом машины преодолели переправу. Атаки гитлеровцев не прекращались ни на минуту. Выкопав глубокие рвы, отряд занял круговую оборону возле моста. Нужно было удержать позиции, пока оставшиеся части корпуса форсируют реку. Кто-то сообщил, что к городу спешат машины с пехотой.
Во что бы то ни стало взорвать мост и отрезать путь советским танкам – план, который фашисты так и не смогли осуществить. Они отчаянно сопротивлялись, превратив Калач в мощный узел обороны.
Бой за переправу длился 14 часов. Отряд нес большие потери. Поврежденную рацию не удалось починить. Силы были на исходе. Изможденный и измотанный Филиппов ждал помощи с севера. Он понимал, оставить мост – значит потерять Калач.
Наконец подоспела 19-ая танковая бригада полковника Филиппенко. В 7 часов утра 23 ноября советские танки и следовавшая за ними пехота ринулись в бой. Прорвавшись сквозь взрывы снарядов противника, через три часа танки появились в Калаче. На помощь наступающим пришла 157-я танковая бригада подполковника Шевцова. Гитлеровцы не ожидали нового удара и стали в панике разбегаться. К двум часам дня Калач-на-Дону был освобожден.
За этот подвиг командирам бригад Г.Н.Филиппову и Н.М.Филиппенко в 1943 году присвоили звания Героев Советского Союза.
В своем письме Н.А.Смирнов делится впечатлениями и воспоминаниями об ушедших событиях: «Я, молодой человек, которому в ту пору было 22 года от роду, шел с винтовкой в руках на крики: «УРА!» Освобождал вместе с такими же парнями, как и я, ваш город Калач-на-Дону. Хоть и смутно остались подробности, но главное я хорошо помню».
После взятия Калача его батальон направился дальше по степи, и неподалеку от совхоза имени Ворошилова немцы открыли по ним шквальный огонь. Личный состав батальона заметно поредел.
Тысячи солдат сложили головы на калачевской земле, в том числе и товарищи Николая Александровича. Но сколько бы времени ни прошло, о них он будет помнить всегда.
Благодаря доблести и отваге его сослуживцев и многих сотен тысяч других воинов, 23 ноября 1942 года в хуторе Советском состоялось соединение двух фронтов – Юго-Западного и Сталинградского. Тогда в кольце оказались 330 тысяч солдат и офицеров вермахта, и было положено начало разгрому вражеских войск в Сталинградской битве.
Кристина Щербина













