Авторский проект «Первый парень на деревне»

Александр Колесниченко: прорасти крестьянскими корнями в матушку-землю

Автор: Елена ЛОМАКИНА
Фото Дарьи ТРУХЛЯЕВОЙ

Ты запомни, сынок…

Бамс! – Сашка больно ударился виском об металлическую дверь. Но пенять было некому, сам виноват – засмотрелся по сторонам и забыл крепко держаться за ручку двери. Знал ведь, что колхозный грузовик, на котором его отец работает водителем, любит задорно подпрыгивать на ухабах дорог, которые затейливой лентой петляют между золотыми полями. Машина еще раз подпрыгнула на очередной кочке и, дернувшись, остановилась.

— Ну, пойдем, — кивнул Сашке отец.

Пацана два раза упрашивать было не надо. Обеими ручонками, напрягая все свои детские силы, паренек налег на рычаг и кубарем скатился вниз почти одновременно с распахнувшейся с громким скрипом дверью.

Так, среди полей, они с отцом останавливались не раз. Саша очень любил эти моменты, пожалуй, даже не меньше, чем кататься на грузовике или хоть немного покрутить руль трактора, а то и комбайна – это как свезет. Эти минуты средь полей Сашка полюбил потому, что папино внимание здесь было отдано безраздельно ему. Делить его приходилось, разве что, с туго налитым колосом.

— Ты посмотри, сын, ты только почувствуй – какая красота! Какие поля огромные! – отец делал несколько шагов прямо в волнующуюся под летним ветерком ниву, увлекая Сашу за собой, – ты потрогай, потрогай колос! Видишь, как налился жизнью! Ты же помнишь, какая по весне знатная озимка была.

Может, отец в те минуты и не находил тех красивых слов, которые могли бы все описать. Но то волнение, с которым он вел сына на свидание с будущим хлебом, то восхищение, которые вызывали земля и поле у настоящего, потомственного крестьянина, доходили да сердца мальчика лучше любых слов. И он заражался от отца этой безграничной любовью к земле и счастьем от причастности к зреющему хлебу. Сашка набирал полную грудь воздуха и чувствовал, как становится все более слабым запах дымка и пригоревшей каши от недалекого полевого стана, и даже знакомый и родной запах мазута от папиной спецовки. Всю грудь, голову, да и всего Сашку заполняет тот особенный запах зреющего хлебного поля с невообразимой гаммой оттенков: будто только испеченного, еще дышащего русской печью каравая, горьковатого привкуса сухого стебля с легкой примесью пряного аромата степных трав, чуть уловимого свежего ветерка, знойного летнего солнца, сыровато-шершавого матушки-земли и еще чего-то такого, что малолетний Сашка не мог никак описать словами. Только, если вдохнуть все это вместе и закрыть глаза, паренек видел не черноту, как это бывает обычно, а золото – бескрайнее и бесконечное. Это золото для Саши стало определяющим в жизни навсегда. Даже когда он стал руководителем одного из мощнейших агропредприятий страны, крупнейшего животноводческого хозяйства региона ООО «СП «Донское» – Александром Борисовичем Колесниченко. Он —  Член Аграрного Совета при губернаторе Волгоградской области, Заслуженный работник сельского хозяйства России, доверенное лицо Президента Российской Федерации, генеральный директор ООО «СП «Донское», глава КФХ. И для него золотой цвет остался любимым – это цвет спелого, налитого, напитанного соками земли колоса, цвет, взятый у самого солнца для широкого, безбрежного океана зерновых полей.

ДЛЯ СПРАВКИ:

Cельскохозяйственное предприятие ООО «СП «Донское» расположено на территории Ильевского сельского поселения Калачевского района Волгоградской области. Лидер по производству молока в регионе входит в ТОП-10 аграрных предприятий России. Специализируется в области молочного животноводства на выращивании, содержании, селекции Голшти́нской поро́ды коров — породы крупного рогатого скота молочного направления высокой продуктивности и на производстве собственных кормов. Генеральный директор и основатель – Александр Борисович Колесниченко.

Сегодня поголовье общего стада предприятия составляет порядка восьми тысяч голов, из них три тысячи – дойных коров. В прошлом году предприятие сдало 27 700 тонн молока, это самый высокий показатель в регионе. «Донское» держит европейский уровень производства.

Большое внимание в хозяйстве уделяется мелиорации. Предприятие выращивает зерновые и кормовые культуры на площади четырнадцать тысяч гектаров. С привлечением господдержки площадь орошаемых земель ежегодно солидно увеличивается, построено две насосные станции для обустройства новых площадей под искусственное орошение.

На предприятии трудятся 350 человек. Специалисты «Донского» ежегодно в ходе рабочих командировок перенимают опыт как российских, так и зарубежных коллег. Сотрудники побеждают в профессиональных конкурсах, получают государственные награды и звания.

 

Крестьянские корни

Там, в полях с отцом, и крепли, тянулись вглубь земли крестьянские корни Александра Борисовича. А зародились корни эти от предков. До седьмого колена изучил Колесниченко свою биографию – все родичи были крестьянами. Прадед и вовсе скот разводил. Недавно на одной из старых фотографий, что довелось увидеть в альбоме у родни, нашел прадеда (года 1905-го где-то снимок) на фоне собственной мясной лавки в Николаевке. Не только, значит, скот предок разводил, но и реализовывал продукцию своего производства. Вот они, гены-то. А по маминой линии от бабушкиной фамилии Таранова пошли целые хутора в Палласовском районе. Только долгие годы о зажиточности и успешности тамошних крестьянских предков Колесниченко говорить было нельзя – страшно. Раскулачивание, его тяжелые последствия, мытарства и боль накрепко въелись в память людскую. Очень переживала бабушка Александра Борисовича, когда тот фермером решил быть. Отговаривала сильно: «Не надо тебе этого, не надо, сынок…».

В семье Колесниченко крестьянскими корнями проросли все: и обе сестры (старшая и младшая) Александра Борисовича, и их мужья — все выбрали аграрный сектор. Сын Евгений, хоть и окончил академию МВД, но после практики пошел на агрофак и стал трудиться вместе с отцом. Зять Игорь, сделав очень неплохую карьеру в железнодорожной отрасли, принял решение тоже включиться в общее дело. И тот, и другой в разные периоды становления предприятия своей кипучей молодой энергией, грамотным подходом к делу привнесли в ООО «СП «Донское» свежую деловую струю, стали опорой и поддержкой старшим. Трагедии обломили оба крыла — не стало Жени и Игоря. Но живучи, непоколебимы и крепки, как сама Россия, крестьянские корни. А потому проросли там, где никто не ждал. Никто не ждал от дочери Веры, психолога по образованию, каких-либо пересечений с животноводческой отраслью. А зря. Сейчас она – заместитель генерального директора по аналитической работе, и животноводство – одна из главных задач приложения ее сил, умений и профессионализма. Будь то кормление стада, обрезка копыт, борьба с маститом или выращивание молодняка, Вера собирает информацию, обрабатывает, анализирует и определяет пути эффективных перспектив. На этом фундаменте создаются специальные программы, которым потом специалисты предприятия строго следуют. Таким образом удается решить проблемы, до сих пор не решенные в других хозяйствах – коровы не хромают, объемы надоев растут, телочки развиваются качественно. Результаты ощутимы. «Если сегодня мы отстанем от передовых хозяйств, завтра догонять будет поздно, слишком большим станет этот разрыв», — уверен Александр Борисович. В 2020-ом году «Донское» вошло в сотню лучших предприятий России, через год еще поднялось в рейтинге больше чем на 20 пунктов, и это не предел.

Вот такие у Колесниченко крестьянские корни. Потому и говорит Александр Борисович, вспоминая предков своих: «Я в душе всегда был крестьянином», не стесняясь этого слова, а возводя его в высшую степень гордости.

Заботу о сохранении  крестьянских корней в поколении нынешнем, как залог будущего аграрного сектора — фундамента мощной России, для себя Колесниченко видит приоритетной. Причем в масштабах от семейного до всероссийского. Перспективы идее придает его самый надежный и прочный тыл – супруга Ирина Николаевна. О созданной при ее горячем участии системе аграрного воспитания в районе во всех аспектах: самоосознание – агроклассы – факультет ПУ- аграрный институт- молодые специалисты – заслуженные работники – династии — руководители предприятий, мы рассказали в прошлом году в большом редакционном проекте «Крестьянские корни». Вывод, который мы, как журналисты-расследователи и аналитики, сделали тогда: живы крестьянские корни, прорастают они на современной почве при поддержке инициативных аграриев, не только развивающих свои предприятия, но и активно отдающих себя такой важной миссии. К слову сказать, Колесниченко с единомышленниками на месте не стоят. В этом году у вышеобозначенной цепочки появилось еще одно важное звено – Профессионалитет на базе сельхозинститута. Ирина Николаевна 1 сентября была в числе открывающих это большое дело. Уровень оснащения Профессионалитета  невероятно масштабный.

И не просто ждет знаменитый на всю страну крестьянин Колесниченко отличных молодых специалистов на работу, продумав для них и комфортные по последнему слову современной науки условия труда, социальные пакеты и прочие важные «ништяки». Он сам их воспитывает, не жалея любых ресурсов, и внимательно вглядывается в каждого, выбирая «у кого глазки горят»: желанием работать, интеллектом, отсветом не высохших, а давших мощные ростки крестьянских корней.

И можно было бы сейчас для образности и красного словца нарисовать картинку, как выходит Александр Борисович в поле да о будущем отрасли и России думает. Только будет это неправдой. Думает он эти думы много и часто – в кабинете, в дороге, в деловых разговорах. Но, когда выходит из автомобиля посмотреть на зреющее поле, вдохнуть тот самый особенный воздух родом из детства, растереть меж ладоней золотую усатую верхушку колоса, нежно сдуть шелуху и увидеть на большой своей ладони налившиеся зерна, о заботах Колесниченко не думает. Он в этот момент вообще ни о чем не думает, наслаждаясь до прозрачных капелек в уголках глаз невероятным счастьем, колоссальным удовлетворением от своей сопричастности к этому растущему хлебу и богатому урожаю, к труду до седьмого пота всех людей, вложивших силы и умение, а по большому счету – жизнь в эти поля. И не пишется рядом с этим состоянием никакое новомодное «релакс». Это называется по-русски просто и тепло: отдохнуть душой. Душой, которая за землю, село и Россию не болит, пожалуй, только в эти редкие минуты. Потому что, говорит сам Колесниченко: земля – это душа. И в эти моменты он счастлив и спокоен – его душа рядом с душой России.

Тянись верстой, да не будь простой

Золотой серединой был в детстве Саша в семье – рос между старшей и младшей сестрами; в школе был не хулиган, но и не ботанический отличник. Озорничал, бывало, как и все деревенские пацаны: то калиточку кому из соседей привяжут (раз, захочет человек выйти из двора – дерг, дерг за дверь калитки – не открывается – вот, огольцы босоногие!), то «стукалку» сделают (на оконную раму на ниточку привязывали картофелину, и с кончиком нитки — подальше в кусты. Дернут за ниточку, в окно соседское будто стучит кто, а выйдут соседи – и нет никого. Пока сообразят, что пацаны балуют!). Но шалости все эти были безвредные, потому как воспитание по тем временам устанавливало четкие правила уважения к старшим, почитания и послушания.  Правильно было это, разве нет?

Самыми любимыми развлечениями сельской детворы летом были футбол, лапта, городки (биты и рюхи Александр выпиливал вместе с отцом, потому что у каждого уважающего себя пацана должен был быть свой набор для игры) и  альчики («альчик» – это кость коленного сустава овцы или барана. Благодаря игре, можно было добыть таких трофеев с разными названиями и разной степенью ценности.  У каждого мальчишки была своя коллекция, у нашего рассказчика такое богатство хранилось в жестяной банке из-под томатов). А зимой, конечно, хоккей. Воду мальчишки сами носили на потенциальное игровое поле из колодца бидонами. Понятно, что при такой «технологии» заливки ровность льда выходила так себе. Но юных хоккеистов, привязавших коньковые лезвия к валенкам, такие несерьезные трудности не останавливали. И если простенький вариант коньков можно было приобрести в деревенских магазинах, то клюшки надо было мастерить самим. Тут горе было комбайнерам. Почем зря тащили пацаны фанерки с лопастей комбайнов, а то — где еще взять такой качественный материал, как планка с мотовила, для клюшечного пера! К ней потом ручку прикрутить галками, болтами – и готово дело!

Впрочем, представлять жизнь деревенского мальчишки, как беззаботную развлекуху, конечно, нельзя. В каждом дворе имелось свое хозяйство – коровы, свиньи, птица. Святая обязанность юного Александра, как и других его сверстников, была помощь в том, чтоб со скотиной управиться, обязательно почистить базы от навоза (потом из этого добра получались кизяки для топки печей – теплоотдача замечательная!).

В школьные годы Александр ездил на экскурсии, которые организовывало и оплачивало руководство совхоза за то, что ребята оказывали посильную помощь хозяйству: собирали колоски, стригли овец, кормили телят. Довелось побывать в Волгограде, Ульяновске. Москве. Впечатлений из поездок Александр привозил массу, и крепло желание увидеть не только Росси, но и весь мир. Но до этого было еще далеко. Как говорится – учиться, учиться и учиться.

Очень хотел Саша быть агрономом. Выращивание той или иной культуры Александр считал процессом творческим, интересным. Что и как помогает живому организму – растению развиваться именно так или иначе, как можно, используя науку (биологию и морфологию растения), особенности погоды, повлиять на эти процессы – это манило и завораживало Александра. А потому знания в Быковском техникуме (который ближе всего находился к Николаевскому району) он стремился получать со всей своей крестьянской любознательностью и смекалкой. Наблюдать, анализировать, изучать, делать выводы. В институте и вовсе ему, парню, отслужившему в армии, сформировавшемуся как личность, было просто невозможно вообразить – как это он потом придет на производство и не будет чего-то знать! Такого стыда, чтоб сквозь землю провалиться, Колесниченко испытывать был не готов. А потому грыз гранит науки усердно.

Впрочем, история с институтом – та еще история. И для полного понимания необходимо немного отмотать пленку нашего повествования назад. Со своей будущей супругой, Ириной, Александр с детства жил через два двора. Может, и симпатизировали друг другу сызмальства — это неведомо. Ведь всякая там любовь-морковь по тем временам скромность имела и до поры-времени проявляться должна была не сметь. В армию Ирина провожала юношу в статусе подруги семьи – дружила с его сестрой, да и родители их хорошо общались. Какой-то особенной вехой взросления стало поступление Ирины в педагогический институт. С письма ей Александра из армии с поздравлением и начались будто особенные отношения. И когда тот демобилизовался, стала Ирина уговаривать Александра продолжить образование в Волгограде, тоже высшее получать. Его-то уговорить было легко и с работы отпросить тоже – совхозом-то Иринин папа руководил. Сложнее всего было с Сашиными родителями. Ведь студент-очник и парень-колхозник совершенно разные статьи семейного бюджета: первая – расходная, вторая – доходная. Упросила молодежь родителей годик дать поучиться. Ну, где годик — там и все пять.

Свел Волгоград своей студенческой жизнью два сердца вместе. Сколько дорог от аграрного до педагогического и обратно было парой исхожено, сколько разговоров переговорено, сколько общего нашли души и сердца. О том, как дружеские отношения переросли в большое чувство, Александр Борисович говорит просто, но очень трогательно: «Ты понимаешь вдруг, что душа и сердце принадлежат этому человеку, что, кроме него, тебе на свете никто не нужен…». А на свадьбе (поженились, как только Александр окончил первый курс) и совхоз «Николаевский» весь гулял и два курса двух институтов. Человек двести было! Шумно, весело, счастливо! А на последнем Иринином курсе случилась в семье Верочка – студенческое дите — Александру и вовсе еще было учиться и учиться…

Академ решили не брать. Нянчили Веру по очереди – «со мной испанский поучила, ну иди к матери учить немецкий». Уставали молодые неимоверно. Был такой случай, когда Сашина очередь пришла нянчиться. Ирина быстро в институте управилась, а, подойдя к двери съемной квартиры, поняла, что утром в спешке не взяла ключей. Стала стучаться в дверь – результата нет. Слышно только, что Верочка плачет-надрывается. Барабанить в дверь стала Ирина – тоже никакого ответа. Аж обмерла вся. Через соседский балкон влезли на свой, дверь пришлось стеклянную выбить. И картина: навзничь на кровати Александр, а по нему Вера ползает, криком исходит. «Все, — упало сердце Ирины, — умер». Да только оказалось, что спал просто Саша. Так от усталости организм без сна и отдыха работать отказался, что ни криков, ни шума услышать не дал.

После окончания Александром Борисовичем института молодым надо было вернуться работать в родной совхоз. Но они понимали – делать это нельзя, потому что руководил им Иринин папа. Не стать самостоятельными, не состояться в жизни, остаться просто «начальскими детками» было не приемлемым. Доводы молодых убедили родителей, так Колесниченко оказались в Береславке, в известном на всю страну совхозе «Волго-Дон» под руководством легендарного дважды Героя соцтруда Виктора Ивановича Штепо. Совхоз, а особенно сразу предоставленное собственное жилье, намыкавшимся по съемным квартирам молодым очень понравились.

Александр пришел на должность агронома совхоза Рокотинский. Года через два стал бригадиром большой овощеводческой бригады. Показатели работы были великолепные (справедливости ради надо отметить – в «Волго-Доне» при Штепо плохо не работал никто). А затем предложили Колесниченко пост председателя профкома объединения. Тот уперся – хоть увольняйте, ни за что. Не могла его крестьянская сущность, привыкшая работать на земле, терпеть чиновничьи обязанности. Долго сопротивлялся.  Виктор Иванович уговорил  — ну на пару лет, очень надо, только твой авторитет дело поднимет. Скрепя сердце, пошел-таки.

А потом в «Волго-Доне» сменили руководителя, и пошла совсем другая жизнь. Жизнь, которая Колесниченко, как и многим другим специалистам хозяйства, совсем не понравилась. Не стало того самого передового известного совхоза. Ибо, как известно, «кадры решают все».

Парень! Ты первый!

«Первый парень на деревне»?! – смеется Александр Борисович Колесниченко над неожиданным названием нашего проекта. «Это ж те ребята, которые сначала на гармошках, а в нашу юность хорошо на гитаре играли, песни пели. Вокруг них все собирались. Парень вон какую красоту умел, и девчата вокруг таких парней вились». «Да, — подтверждаю, — раньше так и было. Но не звучат среди молодежи сейчас на селе гармошки-гитары. А есть или были люди – молодые и возрастные – вокруг которых другие собираются. Их авторитет другого рода. Не уехали из родных мест, не погнались за мечтой, рублем, какими-то благами, а остались на селе. И состоялись. Разве не первые парни, разве не лидеры? Разве не ими жива сегодня глубинка? Не из-за них жива?». «Ну почему – нет?» — улыбается мой собеседник. «Вот об этих необыкновенных мужчинах и наш проект. Вот о Вас хочу в этом проекте рассказать».

И даже скромности ради не может Александр Борисович мне возразить, что он не первый парень на деревне. Потому как во многом реально первый. Да уже и в регионе первый во многом, и даже в стране.

Первым рискнул он пойти «на вольные хлеба». Когда стал терять былую славу после смены руководителя гремящий на всю страну совхоз «Волго-Дон», в котором трудился Александр Борисович, несмотря на предложение возглавить совхоз «Советский», решил стать Колесниченко фермером. Супруга, всегда верившая в силы, талант и профессионализм мужа, перечить не стала. Хоть и была эта неизвестность по тем временам страшна, поддержала. И мужественно переносила все тяготы становления хозяйства – порой и голод, и безденежье, и неимоверный вал проблем. Верила часто произносимой мужем фразе: «Подожди, Ирина. Будет и на нашей улице праздник».  Поддержал и друг – Николай Николаевич Олейников, вместе впрягся с Александром Борисовичем в плуг «фермерства».

Особенным свойством, делающим Александра Колесниченко безусловным лидером, было стремление не спасовать и сдаться, а непременно искать выход из любых проблем и трудностей. Причем, не когда-нибудь потом, а именно сегодня и сейчас. И — исходя из реалий существующих. Конечно, с учетом перспективы, но – из реалий. И непременно – выход и решение. И еще делало его лидером всегда умение рисковать. Но не тот риск, когда глаза закрыл – и в омут с головой. Нет, особенный риск – выверенный, просчитанный и продуманный. Когда стали давать кредиты начинающим фермерским хозяйствам под просто грабительские 213%, Александр Борисович горячо убеждал (и убедил) компаньона – надо брать! «Ты не спорь, Николай, – уверенно говорил он, – ты посчитай: инфляция-то какая! Справимся мы с таким кредитом, время пройдет – съест инфляция проценты. Завтра эти платежи будут ни о чем!». И прав был, так и вышло. «Нельзя ездить на одном тракторе, надо развиваться!» — уверял Колесниченко. И развивался. Всегда. Безостановочно. Успешно. Начали с 300 гектаров на двоих, постепенно прирастая новыми, в том числе заброшенными полями на территории разных поселений: Береславки, Бузиновки, Пятиморска.

И будто в жилу его жизненному пути шел казачий завет: смелым Бог владеет. Вот, вроде тупиковая ситуация: с утра, хоть умри, а деньги перечислить надо. А их нет. От слова абсолютно. И вдруг – раз! – приходит из давних долгов утром на счет необходимая сумма. Даже дочь не раз удивлялась: «Папа, ну будто сила мысли у тебя такая, что любую проблему саму собой заставляет сгинуть!».

Первым решился Колесниченко на рискованный шаг купить «бизнес» -умирающее животноводческое хозяйство, ранее бывшее муниципальным, затем постепенно выкупленное, но счастья так и не нашедшее. И еще решиться не вывести (что было бы оправданно) бедных животных насовсем, пойдя проторенными земледельческими дорогами: и забот меньше, и сотрудников в разы меньше необходимо. Глядел Александр Борисович на тощих коровенок, такие жалкие, аж слезы наворачиваются. Жалко стало и людей. Стал с доярками разговаривать. «Елена Николаевна, Вы сколько работаете здесь?». «Да, всю жизнь, почитай». «А Вы, Раиса Федоровна?». «Как со школы сюда пришла, так и работаю». «А Вы, Любовь Владимировна?». «Со школы». А сами все возраста уже уважаемого – по три-пять лет до пенсии работать осталось. «Ты не бросай животноводство, — просили, — мы ж доярки хорошие. А больше ничего в жизни не умеем. Куда нас – под забор?». Поступить так с людьми Александр Борисович не мог. Одно твердо сказал им Колесниченко: «Если и будем дальше животноводством заниматься, совершенно точно – так как работали, работать не будем!».

И стал агроном изучать совсем другую отрасль сельского хозяйства с нуля – с самого начала. Первое – необходимо перенимать опыт передовых хозяйств. Поехал сам со специалистами смотреть, как другие работают в разных регионах страны. И пол-России объехали, и заграницу посмотрели. И понемногу стали перестраивать производство, менять технологии. И снова выручала Колесниченко крестьянская чуйка даже если приходилось спорить со старшими опытными коллегами. Герой соцтруда Владимир Филиппович Попов, бывший председатель известного и успешного колхоза «Россия», приходил тогда, уже будучи на пенсии, к Александру Борисовичу, стучал кулаком об стол, ругался: «Ты кто?! Агроном! А зачем в животноводстве умничаешь? Я зоотехник по образованию! Ты что делаешь? Почему идешь по беспривязному содержанию скота?». «Да как же! – объяснил в ответ Колесниченко, – весь мир уже идет по беспривязному!». Спорить-то спорил, свое упрямо гнул. Но мысль в голове нет-нет, да и сверлила: «А если я не прав, а если зря не прислушиваюсь?». Боль бывшего руководителя за созданное им когда-то была понятна. Попов тем временем по хозяйству ходил беспрепятственно, наблюдал. Как-то звонит: «К тебе вечером прийти- то можно?». Колесниченко: «Мы ж с Вами договаривались – в любое время». Пришел в кабинет, посидел и говорит с такой фирменной его поповской улыбкой с прищуром-хитринкой, пляшущей в лучиках-морщинках, идущих от глаз: «Ну, посмотрел я твое беспривязное хозяйство, Александр Борисович… Мне понравилось! Достойно. Когда узнал цифры надоев, удовлетворили. У нас в свое время были высокие показатели, но мы по стольку не доили». И это был самый ценный сигнал, подтверждающий правильность выбранного пути.

Лидер в понимании Александра Борисовича Колесниченко – это тот, кто умеет идти вперед, развиваться, организовать жизнь и дело правильно, качественно, достойно. Под этим подразумевается все: и болезнь за дело всей душой до последней ее капельки, и видение каждого дня и часа во всех их аспектах, так сказать – широкоформатно, и способность брать на себя ответственность за все – принятие решения, судьбы людей и жизни животных.

Вспоминает Александр Борисович тот день, когда привезли первую партию (155 голов)  импортных коров из Германии.  Даже не день, а ночь – первый час уж, а сон все не идет. Слышит, что и Ирина не спит. «Поедем проведаем?». «Поедем!». Приезжают, наблюдают сладкий сон скотника, проходят к животным. Стоят коровки нормально: белолобенькие, темноухенькие, с большими черными пятнами-реками по белым бокам. Поди ж ты – иностранки! Тянутся к кормушке, но корм, что был поближе подъели с дороги да стресса, а дальний — не достают. Не сговариваясь, взялись  супруги за кормоподвигатели и делом занялись. И ощутили ту же благость и счастье, что на поле чувствуют, когда колосьями и урожаем любуются. И навозный дух вокруг был таким сладким и добрым, и чавканье и довольное помукиванье коров таким родным, такая невероятная энергетическая волна шла от этих животных, что хотелось никуда не уходить, а стоять так, опершись на черенок инструмента, молчать, ни о чем не думать и быть от этого счастливым. Хорошо если читающий эти строки понимает, о чем они. Он, значит, тоже человек счастливый, от земли родной не оторвавшийся, корни свои не засушивший.

Чтобы было таких больше, и выстраивают Колесниченко систему аграрного образования, которая от самого младого возраста должна помочь человеку осознать свою причастность к земле, ощутить прорастающие крестьянские корни. Задача – пополнить сельхозпредприятия – свое и другие – кадрами, не только получившими высшее образование, но и средне-специальное. Не зря столько сил вложили, найдя поддержку у администрации района и лично губернатора Андрея Бочарова, в создание (по сути возрождение после почти десятилетнего перерыва) отделения на базе ПУ, готовящего механизаторов. И какого ПУ! Своего, Калачевского, носящего имя дважды Героя Социалистического Труда Виктора Ивановича Штепо. Связь и преемственность улавливаете? Все ученики первого курса – по целевому направлению «Донского». Даже если из двадцати с лишним обучающихся три-четыре станут хорошими аграриями, считают Колесниченко, уже победа. «Не всем же быть инженерами, — говорит Александр Борисович, — надо кому-то освоить и очень важные сегодня рабочие специальности. Хотя как раз они особенного внимания и требуют. Многие ребята часто не знают, с какой стороны к корове подойти, как хлеб растет, хоть и живут отнюдь не в мегаполисах. Многие представляют работу на сельхозпредприятии по рассказам даже не родителей, а бабушек и дедушек – если не с сохой, то на гусеничном тракторе. А ведь сегодня на селе, на хорошо развитом предприятии, таком, как наше, рабочая специальность – это не столько физическая, сколько умственная работа. Производство роботизировано, компьютеризировано. Это совсем другой уровень. Мы должны разбудить в ребенке любовь к земле, природе, животным. Показать спектр современных аграрных специальностей, помочь выбрать ту, что по характеру, душе, навыкам и интересам. Тогда и получим специалиста, о котором мечтает каждый работодатель».

Как опытный руководитель, настоящий лидер, понимает Колесниченко и этот факт: если у человека есть проблемы дома, он их не забывает, не оставляет за порогом предприятия. Он их приносит с собой. «Я считаю, задача грамотного работодателя – помогать сотруднику в решении бытовых проблем – будь то жилье ли, транспорт ли», — говорит аграрий. А потому во все эти проблемы своих сотрудников Александр Колесниченко непременно вникает, а также советует, настаивает, помогает. Когда стала возможной ипотека для сельчан под 2,3%, он ежедневно, настойчиво убеждал всех на предприятии – берите обязательно! Таких выгодных условий для покупки жилья никогда больше не будет! А, имея стабильную и хорошо оплачиваемую работу в «Донском», рассчитаться за 10-15 лет – вообще не проблема. «Вы сейчас сколько за съемное жилье платите? Восемь-десять тысяч? А за ипотеку будете четыре платить! Так деньги ж не безвозвратно из семейного бюджета будут утекать, а в вашу же собственность». Впрочем, бывало, что и не только советом помогал. Понимает Александр Борисович, хлебнувший в своей жизни полной ложкой проблем, что неоткуда молодой семье взять 300-500 тысяч на первоначальный взнос по ипотеке. Так, например, помогли семье, переехавшей из Луганска, оба – муж и жена —  пришли работать  в «Донское» скотниками. Молодая пара несказанно благодарна, что предприятие внесло за них первоначальный взнос по ипотеке. Теперь и жизнь стабильна, и жилье есть, и возможность дальше кредит выплачивать. Вот и выхаживают они теляток с душой.

Но не надо думать, что достаточно прийти в «Донское», устроиться на работу и ты в шоколаде. Нет. Настоящие производственники, безусловно, потребуют в ответ качественной профессиональной отдачи. Они ведь знают цену делу, минуте, рублю и, по конечному счету, человеку. «Таких людей, даже если это только молодой специалист, – говорит Александр Борисович, — видно сразу». По горящим глазам с искрами любопытства, интереса. По желанию усвоить, узнать, свершить. По полному отсутствию тупого безразличия и пофигизма. «С таких будет толк», — подводит черту Колесниченко.

Я другой такой страны не знаю

В коллективе, которым я, как главный редактор газеты, руковожу, 13 человек. И даже при такой невеликой численности «синдром руководителя» мне обеспечен. Ну это когда в пять утра сон долой, и приходят гурьбой мысли и проблемы. И так – до звонка будильника. Недавно довелось сопровождать по фермам «Донского» экскурсию. Проводила ее сама Ирина Николаевна. Шли мы, шли, коровок разглядывали, оборудование, информацию слушали. И мне подумалось: а как же тогда спят Колесниченко с таким колоссальным, нереальным объемом ответственности? Не удержалась, спросила Ирину Николаевну. Она в ответ улыбнулась: «Я Вам потом расскажу, Елена Андреевна, как спим». Конечно, к этому разговору мы больше не вернулись. Но уровень нагрузки, ответственности и стресса сам по себе определяет и сон, и состояние организма. Кто хоть сотую долю испытал, понимает, что отдых, восстановление просто необходимы.

Как снимают стрессы Александр Борисович и Ирина Николаевна? А истоки этого снова идут из детства. Из тех самых небольших школьных путешествий и любви к географии, от родившейся тогда мечты Александра Борисовича увидеть весь мир. Он его почти весь и увидел: какую-то часть в рабочих командировках – когда передовой опыт по развитию сельского хозяйства изучал; какую-то часть – в отпусках, на отдыхе. Да не только сам увидел, но и другим показал. Есть на предприятии традиция – после зимних каникул передовиков производства за счет предприятия везти на заграничный отдых. Но только не привычный – турецкий олинклюзив, а непременно туда, где сам человек никогда не сможет побывать.

А вот Ирина Николаевна — сторонник путешествий по России – сколько сказочных уголков тут и невероятных красот! Никакой загранице они не снились!

Очень актуальной такая позиция увиделась в коронавирусные времена. «Знаете, — говорит Александр Борисович, — это по молодости мне хотелось побывать в Чикаго, Торонто. К слову, побывал. Бесспорно – красивые города. Но красота мегаполиса для меня меркнет в сравнении с завораживающими красотами природы. Будь то лесная, щедрая на дары зелень Карелия, горный Алтай с необыкновенными видами Чуйского тракта и звенящим своей чистотой воздухом, грандиозный по своим масштабам и нашим от него впечатлениям Байкал, долина гейзеров на Камчатке – это сказочное великолепие. Мы все смогли оценить по достоинству. В прошлом году мы путешествовали по могучему Енисею к южному берегу Карского моря, в этом – по великолепной своенравной Лене, побывали в Якутии на море Лаптевых. Мы спускались на вертолете в глухие леса, не исхоженные ногой человека, стояли на берегах рек, кишащих лососевыми. Энергетика сумасшедшая».  «Напитались?» — спрашиваю. «Напитался», — с чувством отвечает мой собеседник.

Воистину – не нужен мне берег турецкий, мне Родина нужна…

Верю в твои силы, матушка-Россия!

Как человек такого масштаба, человек государственный, болеет душой Александр Борисович Колесниченко за регион, страну, за будущее отрасли. «Земле же, чтоб родила она, — объясняет Колесниченко, – особая забота требуется. Ведь видели мы, как все происходило в девяностые и как потом поэтапно снова возрождалось. Не зря же вся политика государства, Указы Президента сейчас системно и продуманно направлены на возрождение и поддержку сельского хозяйства. И уже результаты видны. Конечно, проблем и вопросов еще уйма, но ведь мы сейчас сами уже кормим себя хлебом – производим в стране порядка 120 миллионов тонн зерновых в год. Или в области собрали в этом году 6 миллионов тонн зерна! Стабильных ежегодно – 4 миллиона. Это же результат колоссального труда крестьян!  Ведь в 90-ые производили всего по полтора-два миллиона.

Немаловажной в таком результате является и государственная политика по ценообразованию. В этом году многие жалуются, что цена на зерно не такая высокая и выгодная. Но ведь мы понимаем ситуацию, которая сложилась в мире, и что сейчас в связи с этим происходит в нашей стране. Так что ничего страшного, мы все равно не в «минусе», немного можно и потерпеть. Уверен, эти тяжелые  годы аграрии переживут, справятся. Были ведь времена и похуже, когда непонятно было совсем, что завтра ждет. Например, в 90-ые было страшно и опасно. А сегодня перспектива вполне просматривается. Государство видит реалии аграрного сектора, не отворачивается от него, держит руку на пульсе и все равно поддержит».

Я предложила Александру Борисовичу представить, что у него появилась возможность обратиться с небольшой речью ко всем жителям страны. Что бы он сказал? Задумался он, качнул головой, улыбнулся:

«Сегодня, как никогда, не только крестьянам, но и всем россиянам необходимо объединиться. Стать более сплоченными и уверенными в понимании: все, что сейчас делается руководством страны, делается для нас, для наших детей, для будущего. Мы же понимаем: не то, что страна, даже если любое некрупное животное загнать в угол, оно станет защищаться. Россия сегодня вынуждена отстаивать свои интересы, свой народ, отстаивать мир. И теперь уже таким путем. Другого нам не оставили. Дальше так было жить нельзя. И пусть сейчас нетпросто, а порой тяжело. Надо просто делать свое дело. Каждому на своем месте. Качественно, ответственно выполнять то, что от тебя зависит. Ради своей страны, ради России. И быть уверенным: все будет у нас хорошо. Да, не сразу, не за один год. Но именно так и будет. Уже в ближайшие 5-10 лет будет лучше. Мы победим.

А уж крестьяне, если посмотреть историю, в любые времена, всегда находили выход из положения. Своим трудом. Умением, смекалкой. И всегда достойно. Так же нам необходимо поступить и сейчас».

Среди снегов белых, среди хлебов спелых

Рассказывая о перспективах, Александр Борисович говорит о необходимости дальше развиваться: увеличивать надои, совершенствовать методики животноводства, дальше строиться, продолжать успешно начатые инвестпроекты по орошению, улучшать условия труда и жизни людей, внедрять в производство новейшую технику, автоматизироваться и роботизироваться, да вот начатый, наконец-то, ремонт конторы закончить – тоже надо. А то все коровники, фермы строили. До конторы только добрались. Спрашиваю, не планирует ли «Донское» создать свою переработку. Хитро так улыбается Колесниченко: «Крестьяне — такой народ, что загадывать не любят. Говорят: хочешь насмешить Бога, расскажи о своих планах». Надо, говорит, начатое сперва доделать, а там поглядим. Понимаю: даст Бог ему здоровья, обязательно будет в Калаче-на-Дону и хороший молочно-перерабатывающий комплекс. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. А пока идет суперкачественное по всем показателям молочко от элитных коров «Донского» уже и не в «Данон», как раньше, а на свои предприятия, что в регионе – Камышин и Елань. По большей части из молока производят сыр. Еланский сыр, изготовленный из сырья «Донского», Александр Борисович пробовал. Понравился.

А знаете, что доставляет радость человеку, о котором мы сегодня уже столько рассказали? От чего он испытывает счастье? Давайте спросим.

«К большому сожалению, мы очень мало радуемся в жизни, — отвечает Александр Борисович, — а ведь приятных моментов жизнь нам дарит немало. Надо только их заметить. Вот смотрю я на молодую пару, работающую на предприятии, а они говорят: Александр Борисович, а мы вот дом достроили, или: а мы машину купили. И я за них рад. Честно! Вот говорю об этом, а у меня аж мурашки по коже. Получили мы достойный урожай. Почему бы не порадоваться? Выросла отличного качества кукуруза, получаем 60 тонн с гектара. Как не радоваться? Никогда раньше «Донское» не убирало 16 тысяч тонн зерна, в среднем обычно было 10-12 тысяч. А в этом году убрали! Тоже радуемся. Объем кормов очень вырос. Надои – с одной фуражной коровы брали полторы тысячи тонн в год, в теперь по 10700! Почти одиннадцать тысяч! Ну как такому не радоваться! А то, что ежегодно зарплату увеличиваем на 10-18%, и она сегодня самая высокая в отрасли по области, разве не повод? Но самое главное — люди, конечно, хорошие специалисты. Вот они радуют больше всего».

А еще, хоть и не сказал об этом Александр Борисович, радость ему приносит постоянно оказываемая благотворительность. В любое созидательное, благое дело готовы всегда внести свой вклад Колесниченко. Так, всегда поддерживают они созданный на общественных началах Ильевский конно-спортивный клуб. Потому как понимают – не столько в лошадей вкладывается помощь, сколько в детей, которые осваивают здесь науку наездников. Вместо возможных шалостей и хулиганств, уличных забав или компьютерных игр, постигают ребята и девчата джигитовку, да так, что побеждают на Всероссийских соревнованиях. Изучают родину свою, казачью культуру и обычаи. К слову, подросшие «конники» часто становятся специалистами «Донского». Так что не только хлеб сеют такие аграрии, как Колесниченко, но и добро.

И еще одна радость живет в сердце Александра Борисовича. Такая, что словами не описать. Это внуки. Разве можно пересказать ритмы по-особенному бьющегося сердца, когда звонишь в дверь, а за ней слышишь истошно-радостное «Дееееееед!». И открывается дверь, и со всего разбега к тебе на шею бросается, сверкая глазенками самое большое подаренное жизнью чудо!

Старшей Дане 18 лет. Она окончила школу с золотой медалью, сейчас учится в Высшем экономическом университете в Санкт-Петербурге. Дед говорит о ней: хваткая, упертая, с высоким чувством ответственности. Младшая – Дарина. Ей 12 лет, в школе учится. И тоже — настырная и ответственная. Пойти в школу с невыученными уроками – ни за что! Кто бы спорил, что все в деда! Это ж ему когда-то директор техникума написал в характеристике: «Упрямый…». И особняком среди девчат — продолжение сына – внук Тихон. Через год парень оканчивает школу. Для него нет других путей, пойдет по стопам деда и поступит в аграрный институт, осваивая профессию агронома.

И ни за что никакому даже самому дотошному корреспонденту не расскажет Александр Борисович о своей мечте. Самой сокровенной, самой настоящей. Самой важной, ради которой живет. Ради которой приезжает он с Тихоном в поле, чтобы от души к душе передать то волшебное и особенное – про землю, про поле, про любовь, про колос… Так хочется деду, чтобы внук впитал это во всей доступной старшим поколениям его крестьянского рода силе. И чтобы принял подросший и возмужавший через годы внук дело деда и продолжил честно и достойно.

И, спустя многие десятки лет, может быть, откуда-то сверху, увидит старший Колесниченко поседевшего Тихона посреди поля с маленьким вихрастым пацаном. И рука Тихона на плече мальчугана скажет главное – в нас она, дед, живет: любовь предков к земле. В нас они — твои великие и могучие крестьянские корни.

Return to Top ▲Return to Top ▲