Высота 124,5 

Жизненную историю многодетной семьи моих родителей постараюсь сократить до возможного минимума. Расскажу только самое необходимое, чтобы читатель мог иметь хотя бы малейшее представление о том, что я хотел сообщить. 
Мой отец ушел на фронт только с третьей попытки, в октябре 1942 года. С первых двух попыток его возвращала назад медкомиссия. Не знаю, что уж они там у него находили… И вот мы остались без отца. Нас у матери семеро — мал малы меньше. Не хочу вспоминать эти страшные годы, потому что прошли через них десятки миллионов семей Советского Союза. К концу войны нас осталось уже пятеро. А похоронка на отца пришла через два месяца, в феврале 1943 года. И указывалось в ней, что похоронен он у высоты 124,5 Городищенского района Сталинградской области. И хранилась похоронка у нас 60 лет, последние годы — у меня (до 2003 года).
Вот эти 60 лет я и опишу в своем повествовании. Отмечу только, что отправился отец на фронт с Урджаренкого райвоенкомата Семиполтавской области Казахской ССР. Отмечу и то, что в упущенный мною период — 60 лет — все мы выросли и постарели. Жили в разных республиках Союза, и были у всех нас свои дети, а у детей тоже дети — наши внуки. После щедрого раздаривания суверенитетов и развала Советского Союза, все мы, дети той военной семьи, враз оказались за границами по отношению друг к другу. Старшая сестра — на Украине, вторая с братом — в Казахстане, третья — в Киргизии, а мы с женой, детьми и внуками — в Калужской области, с билетами вынужденных переселенцев. Через 2 года дети с семьями переехали в Калач, в похожий климат юго-востока Казахстана, по причине болезни детей. А в 1996 году доработав до пенсии, приехали и мы с женой в Калач. Я, самый младший, а сейчас и единственный живой из той военной семьи — мне и карты в руки.
Но на мирных географических картах высоты не обозначены. Обратимся в райвоенкомат Калача. С военкомом того времени на их карте нашли высоту 124,5 и ближайший населенный пункт – х. Западновка. Со старшим сыном Андреем решили начать поиск самостоятельно. Объехали чуть ли не весь Городищенский район. Прочли сотни фамилий на мемориалах в Росскошках и Западновке. Первый венок оставили на братской могиле в Заподновке. Зашли в Западновскую библиотеку, попросили книгу памяти. В столбиках фамилий на букву «К» в самом конце увидели свою фамилию… и дрогнуло сердце. Но имя было Василий. Погиб в сентябре 1942 года в хуторе Самохваловка, в шести км от Расскошек (следует отметить, что в войну и Калач входил в состав Городищенского района). А я сразу вспомнил рассказ матери о том единственном письме отца с дороги: «На фронт едем с двоюродным братом Василием. Везут в Сталинград». Отец погиб 7 января (Рождество) 1943 года, не дожив 28 дней до полного разгрома фашистских войск под Сталинградом. Нелегко оказалось нам с сыном найти эту высоту. Сотни братских могил, памятников и обелисков и громадная территория поиска. А вскоре, в районной газете «Борьба» появилась статья под заголовком « История одного документа» и «Фото пожелтевшей, изломанной на сгибах похоронки». А потом приехал ко мне домой на велосипеде командир поисковой Калачевской группы В. Спиридонов и сообщил, что он неоднократно был на этой высоте. И что, глава администрации А.Н. Архангельский предоставляет нам с ним на воскресенье автомобиль с водителем.
И вот, наконец, эта высота: металлический обелиск семиметровой высоты, окрашенный серебряной краской, с красной звездой наверху. По бокам обелиска в нижней части — скорбно приспущенные красные знамена из листовой стали. Аккуратная оградка. Стол и скамейка тоже из металла. Прочно, навечно. Вокруг оградки искусно насыпаны курганы захоронений, их шесть, с уложенными на них касками. Внутри оградки венки и цветущие кусты шиповника. А рядом большое дерево-карагач и поля до самого горизонта, засеянные зерновыми и другими сельскохозяйственными культурами. Представляю себе эту заснеженную равнину — ни кустика ни деревца в ту зиму 42-43-го. И мороз под 40, и этот северо-западный ветер, который дует здесь почти постоянно; вздрагиваю от озноба. Эту уже потом из вырезок газет по информации тех событий здесь, на этой высоте, любезно предоставленных мне товарищем Спиридоновым, я узнал, что в течение зимы, высота несколько раз переходила из рук в руки.
А сейчас я хочу сердечно поблагодарить тех людей, которые оказали нам помощь и непосредственное участие в нашем поиске. С той поры прошло 14 лет. Мы ежегодно на День Победы, 9 мая, посещаем эту высоту. Хочу так же выразить благодарность коллективу Карповской администрации и, очевидно, коллективу школы за содержание воинского захоронения в идеальном состоянии. Моя же семья: дети, внуки, а в последние годы и правнуки, неоднократно побывавшие на этой высоте, ежегодно видят, что венков у обелиска появляется все больше, так же как и пластинок из нержавейки. Я же и в этом, юбилейном 2018 году, если позволит здоровье, наверное, уже с последним поклоном отцу и славным воинам, оставшимся навечно на этой высоте, возложу венок к их изголовью.Нас много лет вела судьба,
И поселила рядом.
Глава семьи тех давних лет,
Погиб под Сталинградом.
Тех лет до смерти не забыть,
Что были в малолетстве.
Пишу я редко о войне,
Её я проклял в детстве.
На безымянной высоте-
124 метра,
У обелиска карагач
Шумит листвой от ветра.
Цветут шиповник и сирень,
Политые из лейки.
На обелиске под звездой —
Пластинки нержавейки.
На них года и имена,
Издалека и близка.
И не вместить родных имен,
На гранях обелиска.
Донецк, Кубань, Новосибирск,
Семипалатинск, Руза.
Солдаты тысяч городов
Советского Союза.
На этой славной высоте-
124 метра.
У обелиска карагач,
Шумит листвой от ветра.

Алексей Кучменко 

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Return to Top ▲Return to Top ▲
%d такие блоггеры, как: