КАРМЕН

Александр ХАРЧЕНКО

А любите ли вы молоко? Не магазинное, конечно, а парное, из-под своей коровки. Когда оно еще теплое, только подоенное, с белой пушистой пенкой поверху. Пьешь его и чувствуешь, как живительный нектар вливается в твое бренное тело. Да еще если есть кусочек булки при этом, то и никакого завтрака уже не нужно. Быстренько корову в стадо, и бегом на работу — время поджимает.

Лихие девяностые. Кто же их не помнит? В те времена каждый из нас выживал, как мог. Обесцененную зарплату по многу месяцев не видывали. Да и теплоходы один за другим становились на холодный отстой в заводе. А некоторые, еще вполне добротные, отправлялись на металлолом.

«Спасение утопающих — дело рук самих утопающих» — вот и решили мы с женой купить коровенку в Камышах. А что такое корова? Богатым не будешь, но и с голоду не помрешь. Взяли кредит под ноль процентов (не в банке, конечно, дождешься от них!) и, не имея никакого опыта, на голом энтузиазме привели мы это рогатое создание на свой участок с домом на курьих ножках и наспех сколоченным сараем. Напрочь уйдя от цивилизованной жизни в виде 3-комнатной квартиры, мы все сделали так, как люди подсказали. Постелили на пороге: полотенце — чтобы много молока давала, фартук — чтобы всегда слушалась, хворостину — чтобы всегда возвращалась домой.

И началась наша «беззаботная» жизнь. Первым рискнул подоить корову я — как хозяин и человек, которого не жалко. В самом конце дойки она для начала стеганула меня как следует по шее и по глазам. И тут же мгновенно засунула ногу в подойник и швырнула его к потолку, создав искусственный дождь. А меня легонько лягнула копытом, так что я и опомниться не успел, как оказался в углу на заботливо приготовленной ею для меня куче навоза. Картина маслом — в молоке, жиже, с пустым подойником и с «теплыми» словами появился я на пороге сарая. А вот с женой она сразу поладила — «родственные души», так сказать.

Немного подержав корову дома, повели ее в стадо. Бригадирша — Марь Вановна, встретила нас в штыки.

— Куда я ее возьму? У меня два пастуха с 117 коровами справиться не могут. Вечером без сил, за коровьи хвосты держась, домой еле приползают.

Но, вняв все-таки нашему «красноречию», под тихий ропот пастухов сменила гнев на милость. К слову сказать, такие мы были не одни — и всех коров она брала в стадо.

И начала наша кредитная коровка, предварительно подравшись в стаде, четко из него убегать в Камыши по старой памяти, проявляя свой строптивый и неуживчивый характер. Ох и побегали мы за этим рогатым и хвостатым «танком», но прижилась все-таки скотинка, привыкла.

За Доном, на горах, взяли мы в лесхозе два гектара земли под покосы. Что там было за сено — мечта! Богат наш донской край разнотравьем, богат. Там где-то за рекой течет суетная городская жизнь, а здесь — тишь да гладь. Птички поют разноголосые. Солнце над головой ласково светит да греет. Ляжешь в свежескошенный стог, намахавшись косой по углам, где травокоска не доставала. И вот уже плывешь вместе с облаками высоко в небе, испытывая неземное блаженство от пьянящего запаха полыни да чабреца, ни за что не желая возвращаться в нашу обыденную действительность.

Но «не долго музыка играла». Отобрали вскорости земельку — начал вползать в нашу повседневную жизнь гремучий удав под названием «рынок». Оборотистые да нахрапистые быстренько «прихватизировали» лакомые кусочки на том берегу. Здесь и фермеры подоспели. Привезут тебе готовое сено в тюках — корми свою коровку без всяких хлопот по заготовке. Но не то оно было, не то. Долго еще ждала коровка того горного разнотравья из диких долин, раскидывая рогами перезревший да пересохший сухостой без запаха и вкуса.

Быстро время летит. Так и жили мы в постоянных хлопотах да заботах — от утренней до вечерней дойки. Состарилась наша коровка и выдала нам в последний 11-й отел красивую телочку, которую мы назвали Кармен. Быстро сказка сказывается, да не быстро дело делается. Но все же через несколько лет выросла наша Кармен в хорошую да добротную корову, с «производительностью» 20 литров в день, которые нужно было еще до ума довести. Молоко — скоропортящийся продукт. Кто держал скотинку, тому объяснять не нужно. Но, ничего, справлялись.

Да вот беда — начало наше стадо не потихоньку, а семимильными шагами распадаться. Старикам уже стало невмоготу с хозяйством управляться, а продвинутая молодежь напрочь не желала со скотиной возиться. Ей подавай «зону барбекю» с газончиком, гамаком, холодным пивом и шашлыками. А что? Имеют право — заслужили!

И буквально за пять лет от стада ничего не осталось. И так по всей России. В Тверской области, например, в деревне было пять улиц и каждая улица держала стадо по 100 голов. Сегодня ни деревни (старики умерли, молодежь разбежалась), ни стада.

Пришла весна. Что делать? Поставили Карменку на длинной веревке за двором под дамбой, рядом с соседской — такой же мученицей. Да только воля не только человеку мила. Затосковала без стада да вольной травы наша кормилица. Смотрит на меня с грустным укором своими умными понимающими глазами: «Что же ты, хозяин, меня стреножил?»

Все же раза три срывалась с привязи и бежала прямиком на водопой в Березовый Лог. Ни остановить, ни завернуть. Уныло походит там, принюхиваясь к воздуху, пытаясь уловить запах стада и, не обнаружив никого, опустив голову, бредет следом за тобой к себе домой. Как ни тяжело было с ней расставаться, но уже не было сил дальше мучить скотинку, вот и выставили ее на продажу на avito. Тут же и покупатель объявился. Семья от «сладкой» жизни из Волгограда уехала за Дон свое хозяйство заводить.

Перед расставанием и последней дойкой лучшее пойло Карменке приготовили, но она ни к чему не притронулась. Смотрела на нас своими большими черными глазами с такой укоризной, что невозможно было выдержать ее взгляд.

Опустел наш двор — продать-то продали с легким сердцем, чтобы новым хозяевам в руку было, но душу не обманешь. Будто родного члена семьи потеряли. Выгода здесь не при чем, поверьте.

Долго еще по привычке вскакивали мы чуть свет к утренней дойке, да так больше и не ложились. А молоко я потом больше года не пил совсем. Чувствовал себя предателем по отношению к родному существу, принесшему нам в разные годы восемь телят — один другого краше и тонны вкусного молока.

Я еще раз вас спрашиваю: «Любите ли вы молоко?»

Изготовленное из технического пальмового масла, в красивой упаковке. Нет, не любите, да куда деваться — приходится пить? Не дивись на людей, дивись на время. Волосы дыбом встают от тех «продуктов», которые нам сейчас приходится есть. То ли еще будет!

Недавно затеял уборку в сарае, выгребая старое лежалое сено. Да так в укромном уголочке и прилег на него, пригревшись в первых лучах весеннего ласкового солнышка, и незаметно задремал. Приснился мне удивительный сон. Бежит ко мне по лугу моя черная Карменка со звездочкой во лбу, задрав хвост. И, не заметив даже яблока в моей протянутой руке, давай со мной лобызаться. От неожиданности тут же проснулся. А это моя дворняжка Симка, сторож от честных людей, мое лицо лижет.

А может, не так уж молодежь виновата. Прежнее правительство думало, что Запад нас прокормит, бросив на произвол судьбы своего производителя. А народ без поддержки проголосовал ногами.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Return to Top ▲Return to Top ▲
%d такие блоггеры, как: